Мальчики-подростки перестают быть «трудными» в привычном смысле: они не хулиганят, не сбегают с уроков, не ввязываются в драки. Но за этой тишиной всё чаще скрываются депрессия, тревожность и потеря интереса к жизни. Почему это происходит и что делать, «Вечерняя Москва» обсудила с экспертами.
Взрослые, включая родителей и учителей, всё чаще обращают внимание на то, что мальчики-подростки становятся замкнутыми и безразличными. Их успеваемость снижается, они теряют интерес к любым занятиям и чувствуют себя уставшими. Те, кто раньше проявлял активность и сопротивление жизненным трудностям, теперь предпочитают не бороться.
Эта проблема подтверждается статистическими данными. Исследование Monitoring the Future, проведённое в США, показало, что начиная с 2011 года наблюдается тенденция: у мальчиков снижается уровень внешних проблем (таких как агрессия и поведенческие нарушения), но растёт количество внутренних проблем (например, депрессия и тревожность). К 18 годам около 13,4% юношей испытывают высокий уровень депрессии. Важно отметить, что у девушек после 18 лет эти симптомы обычно уменьшаются, тогда как у юношей они продолжают нарастать.
Педагог-психолог и эксперт Президентской платформы «Россия — страна возможностей» Алла Демехина подчёркивает, что современные подростки живут в иной реальности. У них меньше возможностей для выплеска эмоций через активные действия, но больше источников стресса и тревоги. Цифровая среда не ограничивается рамками школы — ребёнок постоянно находится в условиях конкуренции и социального сравнения.
«Я бы вообще избегала формулировки, что нервная система перестраивается в «мужской» или «женский» вариант за одно поколение, — утверждает эксперт. — Скорее, меняется социальный сценарий того, как ребенок может выражать эмоции и справляться с напряжением. Традиционно мальчику было социально проще выразить тревогу через действие: конфликт, рискованное поведение, агрессию. Но агрессия сама по себе никогда не была признаком психологического здоровья или силы. Она часто является формой выражения страха, бессилия, стыда или невозможности справиться с сильными чувствами».
Традиционный метод выражения внутреннего напряжения через агрессию постепенно утрачивает свою актуальность, в то время как новый подход — открытое обсуждение эмоций и обращение за поддержкой — пока ещё не стал привычным для многих. Когда человек перестаёт «биться головой о стены», но всё ещё не умеет сказать «мне тяжело», его напряжение остаётся внутри.
Социолог Елена Лаврова подчёркивает, что с 2010-х годов как мальчики, так и девочки оказались в едином виртуальном пространстве, где способы саморегуляции стандартизировались через гаджеты и социальные сети. Уменьшение открытой агрессии среди мальчиков — это социально одобряемое явление, но на смену ей приходит не только депрессия, но и апатия, а также алекситимия — неспособность выразить и осознать свои чувства. Если мы отказываемся от агрессии как от способа снять стресс, мы должны предоставить мальчикам альтернативу — научить их рефлексии и умению делиться своими переживаниями.
Школа не может полностью заменить уличную среду, где раньше мальчики определяли свои границы, учились находить общий язык и ощущали свою значимость. Однако через командные проекты, спортивные и технические секции, а также через игровые модели социальных взаимодействий можно частично восполнить этот пробел.
«Тихий ребенок — это не всегда спокойный ребенок. Послушный — не всегда благополучный. А отсутствие агрессии еще не означает отсутствие боли», — резюмирует Алла Демехина.
Эксперты сходятся во мнении: задача взрослых не вернуть мальчикам агрессию, а дать им язык для выражения эмоций и социально приемлемые способы действия. Вместо того чтобы радоваться тихим и послушным детям, стоит научиться замечать тех, кто тихо исчезает из собственной жизни.
За апатией и потерей интереса к жизни у подростков могут стоять не только психологические причины, но и вполне физические нарушения. Как рассказывала интернет-газета «ЖУК», в России растут продажи антидепрессантов, но за слабостью, апатией и тревожностью могут стоять совсем другие нарушения в организме.