Исследователи из Королевского колледжа Лондона впервые выделили генетические особенности мании — ключевого признака биполярного расстройства. Об этом сообщает Medical Xpress.
Учёные использовали данные генетических исследований с участием более 27 000 пациентов с тяжёлой формой биполярного расстройства и свыше 576 000 человек с депрессией. С помощью специального статистического метода им удалось отделить генетические сигналы, связанные именно с манией, от сигналов депрессии.
«Выявив генетическую структуру мании, мы сделали важный шаг к пониманию фундаментальной биологии биполярного расстройства. Это позволяет нам увидеть, что отличает манию от других состояний, а не рассматривать биполярное расстройство просто как смесь мании, депрессии и психоза, и открывает новые возможности для более точного и персонализированного лечения», — сказал доктор Джузеппе Пьерпаоло Мерола, ведущий автор исследования из Королевского колледжа Лондона.
Исследование показало, что мания отвечает более чем за 80% генетических вариаций при этом заболевании. Было обнаружено 71 генетический вариант, связанный с манией, из которых 18 ранее не связывали с биполярным расстройством. Многие из этих генов вовлечены в работу кальциевых каналов мозга, важных для регуляции настроения.
Биполярное расстройство — одно из самых сложных психических заболеваний, им страдает около 2% людей в мире. Мания, характеризующаяся повышенной энергичностью, сниженной потребностью во сне и импульсивностью, — его определяющая черта. Однако из-за того, что у пациентов часто бывают и депрессивные эпизоды, биологию мании было сложно изучать отдельно. Новое открытие может помочь в создании более эффективных лекарств, включая те, что действуют на кальциевые каналы, и ускорить постановку точного диагноза.
Современная наука постепенно пересматривает взгляд на психические расстройства, выявляя их возможные адаптивные или компенсаторные стороны. Как сообщало «Жуковский.Life», некоторые состояния могут быть связаны с повышенной креативностью, глубиной эмоционального восприятия и эмпатией. Это понимание не только помогает снизить социальную стигматизацию, но и открывает пути для более комплексных и персонализированных подходов к поддержке и лечению, учитывающих не только симптомы, но и потенциал человека.